Приказ Минэкономразвития России от 13 мая 2026 г. № 386

Приказ Минэкономразвития России от 13 мая 2026 г. № 386

С 18 августа 2026 года заявка на товарный знак в России дополнена подтверждением намерения использовать обозначение.

Вступил в силу Приказ Минэкономразвития России от 13 мая 2026 г. № 386, который скорректировал форму заявки на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и коллективного знака. Изменение затрагивает заключительный блок подтверждений, который заявитель подписывает вместе с заявкой.

Теперь в этом блоке появились две новые формулировки. Первая — заявитель удостоверяет своё намерение использовать заявляемое обозначение в качестве товарного знака применительно ко всем товарам и услугам, для индивидуализации которых знак будет внесён в Государственный реестр. Вторая — заявителю напоминают: если знак не будет использоваться непрерывно три года, правовая охрана может быть прекращена досрочно, полностью или частично, по основанию пункта 1 статьи 1486 ГК РФ.

Что эти новшества не означают

Подтверждение намерения — не то же самое, что подтверждение факта. Никаких доказательств того, что обозначение уже применяется в бизнесе, на этапе подачи заявки представлять не требуется. Речь идёт именно о декларации планов заявителя, а не об отчёте о достигнутых результатах.

Почему это важно помнить

Трёхлетний срок неиспользования никто не отменял, и он продолжает работать как самостоятельное основание для оспаривания охраны. Заявитель, который ставит подпись под новым абзацем, фиксирует своё намерение использовать знак — и тем самым принимает на себя соответствующее допущение о добросовестном поведении в дальнейшем.

Что из этого следует

Товарный знак — инструмент для реальной предпринимательской деятельности, а не способ зарезервировать привлекательное слово или изображение на будущее. Регистрация открывает право на охрану, но это право существует в связке с фактическим применением обозначения. Заявка, поданная «на всякий случай», теперь прямо сопровождается подписью о намерении — и это намерение рано или поздно придётся подтверждать делом.

Возможно, Роспатент готовит почву для более глубокой реформы — перехода к модели, напоминающей американскую

Нововведение, вступившее в силу 18 августа 2026 года, может оказаться не изолированной технической правкой, а первым шагом в целенаправленной трансформации российского подхода к поддержанию правовой охраны товарных знаков. Логика здесь просматривается отчётливо: сначала от заявителя требуется декларация о намерении использовать обозначение, затем — напоминание о трёхлетнем сроке неиспользования, а в перспективе может последовать и обязанность документально подтверждать фактическое применение знака через определённые интервалы времени.

Подобная конструкция хорошо известна по американскому праву. В США правообладатель обязан подать так называемую декларацию об использовании по §8 Закона Лэнхэма в период между пятым и шестым годом с даты регистрации, а затем — при каждом десятилетнем продлении. Декларация сопровождается образцами фактического применения знака в торговле — это могут быть фотографии упаковки, этикеток, скриншоты страниц сайта с указанием даты доступа. Причём перечень товаров и услуг в декларации должен отражать только те позиции, которые действительно используются: всё остальное подлежит удалению из регистрации. Если правообладатель не подаёт декларацию в установленный срок с учётом шестимесячного льготного периода, регистрация аннулируется в силу закона — без чьего-либо ходатайства, автоматически.

Американская система пошла ещё дальше в последние годы: Закон о модернизации товарных знаков (TMA) ввёл процедуры ex parte expungement и ex parte reexamination, позволяющие третьим лицам инициировать проверку фактического использования знака без полноценного судебного разбирательства. Это создало дополнительный фильтр, очищающий реестр от «мёртвых» регистраций.

Российский законодатель пока не зашёл так далеко. Действующая статья 1486 ГК РФ предусматривает досрочное прекращение охраны при трёхлетнем неиспользовании, но инициировать эту процедуру может любое заинтересованное лицо — сам Роспатент по своей инициативе таких проверок не проводит. Именно в этом ключевое отличие от американской модели: там ведомство активно требует подтверждений и само аннулирует регистрации, здесь же бремя контроля пока лежит на участниках рынка.

Если предположение о направлении реформы верно, в ближайшие годы можно ожидать появления обязанности периодически отчитываться об использовании знака перед Роспатентом — возможно, с образцами использования и правом ведомства самостоятельно прекращать охрану при непредставлении таких отчётов. Новые абзацы в заявке в этом контексте выглядят как предварительный этап: сначала заявитель письменно фиксирует своё намерение, и эта фиксация впоследствии может быть использована в спорах о добросовестности и реальности планов правообладателя.